Психолог: «На неродном языке проще сказать “я тебя люблю” или обсудить проблемы в сексе»

В преддверии Дня влюбленных и Дня любви к себе разбираемся, почему наши чувства иногда звучат как роль в кино, как иностранный язык становится психологическим щитом и почему так важно вовремя подумать о себе.

В Украине и Беларуси слова любви сильно отличаются от того, как это звучит на польском языке. У украинцев и беларусов есть слово «кахаць / кохати», что означает любить исключительно в романтическом смысле, то есть мужчину или женщину, девушку или парня. А любить словом «любіць / любити» уже можно макароны, кофе, велосипеды, детей, родную страну и так далее.

В Польше нет такой железобетонной стены между, казалось бы, созвучными с украинским и беларусским словами. Здесь «kochać» означает любить очень-очень сильно, а «lubić» — просто нравится. Оба слова можно отнести как к людям, так и к предметам. Здесь польский язык ближе к английскому, где есть «I like it» — такое миленькое «нравится», и «love» — уже про сильную любовь, но не обязательно к женщине или мужчине. «I love you» можно сказать и пицце, и любимому занятию.

В испанском языке ситуация ещё интереснее — здесь три уровня любви. Первый, gustar — примерно как «лайк», который можно поставить под любой темой. Второй, querer — любить сильнее, чем просто нравится. Это слово можно относить как к предметам, так и к людям. Например, «Te quiero» можно сказать любимому человеку. Третий уровень – amar — в современном мире звучит довольно пафосно и обычно используется в поэзии или любовных мелодрамах. Используется только по отношению к людям.

Сейчас в Польше, как и во всём мире, 13 февраля, день перед Днем Влюблённых, всё чаще позиционируют как день любви к себе (Self-love Day). Эта идея может быть близка людям, у которых сейчас нет романтических отношений и все эти лозунги про «вторую половинку» не вызывают никаких положительных эмоций.

Есть ли смысл в таком празднике и как использование иностранного языка для выражения самых глубоких чувств влияет на нашу психику, обсудили с психологиней, гештальт-терапевткой, переводчицей и полиглоткой Натальей Скибской.

– Изучение иностранного языка – это настоящая «перепрошивка» мозга, – говорит Наталья. – Когда взрослый человек начинает учить новый язык, его психика проходит через несколько слоёв трансформации. На начальном этапе во время разговоров на иностранном языке мы чувствуем себя как дети: не можем подобрать слов, шутим невпопад, кажемся себе глупее. Этот разрыв между тем, «кто я есть», и тем, «как я звучу», создаёт сильное когнитивное напряжение. В эмиграции это может приводить к временному снижению самооценки, ведь на иностранном языке человек упрощает свою речь, использует менее богатую лексику и более простые грамматические конструкции достаточно долго – до тех пор, пока мозг не сформирует новое языковое «Я», создаст новые нейронные связи, благодаря которым переключение между языковыми системами не начнёт происходить быстрее.

Но самое интересное происходит на уровне смыслов. В психолингвистике это называется сдвигом концептов. Например, когда беларус и поляк слышат одно слово, например Woń или Uroda, в их сознание включаются разные, порой даже противоположные ассоциации. По мере изучения внутренняя «библиотека образов» увеличивается, начинает двоиться, а потом объединяться. Вы начинаете видеть мир через две разные линзы одновременно.

В связи с этим использование иностранного языка для выражения чувств имеет свои особенности из-за явления языковой отстранённости. Для многих иностранный язык действительно становится «щитом».

Обратная сторона этого явления — ощущение «пластмассовости». Наши глубинные эмоции «живут» в той части мозга, которая тесно связана с первым языком, на котором мы учились познавать мир. Поэтому польское kocham может восприниматься мозгом как роль в кино: слова произнесены, а чувств в теле нет. Но по мере углубления знаний языка и формирования нового языкового «Я» это ощущение будет уменьшаться. Хотя в сильном стрессе о чувствах будет говорить сложнее. Именно поэтому психотерапия на родном языке проще и в некотором смысле эффективнее, так как можно проработать более глубокие слои психики.

– Правда, как обычно, посередине. Да, бренды хотят продать нам свечи и маски для лица, но сам по себе концепт Self-love Day – это мощный механизм психологической адаптации и защиты. Время перед 14 февраля действительно эмоционально нагружено из-за социального давления. День влюблённых часто работает как «социальный прожектор», высвечивающий отсутствие партнёра. Это может вызывать чувство неполноценности, которое в эмиграции усиливается в разы из-за дефицита социальных связей. Праздник любви к себе «легализует» ваше право быть одному и при этом чувствовать себя счастливым.

Для мигранта забота о себе – это не роскошь, а необходимость и профилактика депрессии. Выделение отдельной даты как дня любви к себе помогает сделать паузу и спросить себя: «А что я сделал или сделала для самого близкого человека, для себя, за этот год адаптации?»

И поэтому если покупка свечи или ароматного крема для тела помогает вам ритуализировать вечер и снизить уровень кортизола – пусть это будет маркетингом, он в данном случае работает на вас.

Кроме того, любовь к себе, принятие себя и забота о себе являются обязательным условием для способности действительно любить другого, а не формировать зависимые отношения. Поэтому очень логична именно такая последовательность: сперва день любви к себе, а затем день влюблённых.